Сара ханым Ашурбейли

(27.01.1906 – 17.07.2001)

 

МЕМОРИАЛЬНЫЙ САЙТ

 

 

 

 

Организация и форма управления в городах Ширвана и Аррана в XI – XII в.в.

С. Б. АШУРБЕЙЛИ

 

Развитие производительных сил феодального общества, ремесла и торговли обусловили рост городов и городской жизни в Северном Азербайджане в XI—XII вв. В этот период в Ширване и Арране существовал ряд больших городов с многочисленным населением — крупных экономических и культурных центров (Шемаха, Ганджа, Байлакан, Нахичевань и др.).

Изучение отдельных городских должностей и административной терминологии позволяет представить форму управления городов.

Во главе феодальной администрации стояли крупные феодалы, к которым относились военная и чиновная знать, высшее духовенство, владевшие землей, водой, ирригационными сооружениями и орудиями труда. К военной знати относились эмиры, в руках которых была сосредоточена вся военная и административная власть. Эмиры были правителями областей, городов и ряда селений в Ширване и Арране. В XI в. их власть ослабла и из феодальных правителей областей и провинций они стали правителями городов. Масʽуд ибн Намдар называет правителем Ганджи и всей области Аррана в конце XI в. эмира ал-ʽАдуда1, сына ширваншаха Фарибурза I. В XI в. в Дербенте правили эмиры Хашимиды2.

Имена эмиров фигурируют в ряде строительных надписей в крепости Баку, на Апшероне и в других городах Ширвана и Аррана. Четырехстрочная куфическая надпись, датируемая XI в., на стене основания минарета Джума-мечети в бакинской крепости упоминает «величайшего эмира сипахсалара... Абу Йакуба Йусуфа»3.

 

Значительной группой в городском управлении было высшее духовенство: шейх ал-ислам, кади и кади ал-кудат (т. е. кади главного города области), которые могли аннулировать права на владение, действовали на основе законов шариата и ведали шариатским судом. Они ведали также разбором дележа наследства, заключением браков и различными другими гражданскими делами4. Кади ал-кудат был одной из крупных фигур в феодальной администрации после султана и ширваншаха.

Духовные феодалы часто занимали высшие должности в государственном управлении. Значительным лицом феодальной администрации в городском управлении являлся садр — высший чиновник, ведавший делами вакфа, назначавшийся ширваншахом. Надпись на портале ханегя (дервишской обители) на р. Пирсагат, датированная 641 (1243/44) г., говорит о постройке здания на средства садра5. Здания ханегя, как видно, были построены на средства, отпущенные садром из вакфных доходов.

Значительной прослойкой в городе XI—XII вв. было крупное купечество, владевшее базарными рядами, караван-сараями и ремесленными мастерскими. Развитие в городах ремесла стимулировало расширение торговли и товарно-денежных отношений в экономике ширванского государства. В результате развития городов и городской жизни активную роль в городском управлении стали играть представители влиятельного городского купечества, которые заняли высокие городские должности.

Источники сообщают сведения о деятельности сильных и влиятельных городских раисов, богатых купцов в Гандже, Байлакане, Дербенте и Баку6.

В городском управлении чиновничество часто занимало важные должности. Масʽуд ибн Намдар занимал в Ширване пост мустауфи — ответственного чиновника финансово-счетного ведомства, ведавшего учетом прихода и расхода податных сумм, составлением реестра доходов и расходов города. Он упоминает также о своих обязанностях мушрифа — чиновника-контролера, и среди его писем есть прошение о назначении его на должность мушрифа Байлакана. Этот чиновник должен был располагать информацией о доходах горожан7.

Сбором платежей налогов и податей в городах ведали ʽамили8. Откупные суммы в несколько сот тысяч динаров составляли огромные доходы, которые присваивались феодалами, а хищнический способ их взимания приводил население этих областей к обнищанию и разорению9. Обязанности назира — смотрителя, младшего контрольного чиновника, состояли в учитывании доходов с сельских угодий и промыслов, с солеварен и нефтяных колодцев Баку и Апшерона10.

Чиновник, ведавший учетом войск и войскового жалованья, именовался аридом11.

Существовала также должность катиба при ʽамиде и правителе города. Масʽуд состоял при правителе Ганджи эмире ал-ʽАдуде, сыне ширваншаха, в качестве катиба и чиновника для выполнения различных поручений. Масʽуд приводит перечень знаний для «истинного» катиба. Он упоминает вопросы фикха и шариата, различные тонкости грамматики, знание Корана и т. д. В Байлакане при ʽамиде было 15 катибов12.

Значительной фигурой городской феодальной администрации являлся мухтасиб, который контролировал базары и торгово-ремесленные кварталы города, проверял качество продуктов, следил за чистотой и порядком, за правильным употреблением мери весов. Он имел также полицейские функции, его обязанностью были охрана общественного порядка города, расследование уголовных дел и преступлений, наказание пьяных и бунтовщиков. Он обеспечивал охрану собственности жителей города. Мухтасиб следил также за выполнением жителями города религиозных предписаний Корана и ритуалов мусульманской религии13.

Шихна в XI—XII вв. был военным наместником султана. Масʽуд ибн Намдар отмечает прибытие в Байлакан ʽАбд ал-Джаббара, посланного диваном Ганджи в качестве военного наместника во главе гарнизона, что означало полную ликвидацию самостоятельности Байлакана14.

Меʽмар являлся руководителем строительных работ города. Зодчий с таким званием был ответственным лицом среди строителей-ремесленников — бенна, мухандис, саркар, хаккак и других, участвовавших в постройке здания, а потому в надписи фиксировалось только его имя. Имя меʽмара ʽАбд ал-Меджида, сына Масʽуда, вырезано на камне в стене круглой башни XIII в. (1203) в селении Мардакян на Апшероне15.

Мираб занимался снабжением города водой и распределением ее среди жителей города, следил за исправностью оросительных каналов и чистотой родников и колодцев.

Система сдачи на откуп налогов и податей в городах и целых областях практиковалась и в конце XI в. при Сельджукидах, и в последующие века. В тексте Масʽуда ибн Намдара упоминается сбор денег в Байлакане ʽамидом, получившим это право на откуп (даман) от вазира. Лицо, которому давалось право сбора налогов на откуп, называлось дамином. Если право откупщика (дамина) сочеталось с обязанностями гражданского правителя города, правитель-откупщик назывался ʽамидом, и эта должность считалась почетной16.

Важное место в городском управлении Ширвана и Аррана занимали раисы. Раисом обозначали представителя городской знати, старейшину города, который стоял во главе купеческой гильдии или начальников ремесленных цехов. Раис выступал как посредник между администрацией города и населением, распространяя декреты первой и выступая от имени последних17. Раисы являлись своего рода аристократией города. В надписи на стене мечети «Сыных кала» в старой крепости Баку упомянуто имя строителя мечети: ал-устад ар-раис Мухаммад ибн Абу Бекр (417/1078-79 г.)18. Строительство мечети раисом Мухаммадом ибн Абу Бекром свидетельствует о зажиточности этого сословия горожан. Звание «ал-устад ар-раис» говорит о том, что он являлся главой начальников ремесленных цехов.

«Тарих ал-Баб» отмечает раисов гильдии седельщиков и раиса дубильщиков19. Часто должность раиса была наследственной. «Тарих ал-Баб» упоминает о главе раисов ʽАли б. Хасане б. Анаке (ум. в ал-Бабе в 1064 г.), который «унаследовалвласть раиса от своих предков и обладал отвагой царей и величием султанов. Цари и эмиры боялись его...»20. Тот же источник называет главу раисов Дербента — раис ар-руаса’ Муфарриджа21, перед которым, вероятно, отчитывались все раисы города. При малолетнем эмире обычно правил от его имени раис. Городской совет, состоявший из старейшин города и раисов — представителей купеческих гильдий и различных объединений или цехов ремесленников, во главе с раис ар-руаса’ помещался в Дербенте в «правительственном здании»22. В компетенцию раисов входили различные обязанности. Им подчинялись и перед ними отчитывались главы различных цехов и корпораций, предводители кварталов и базаров. Раисы принимали активное участие в социальной и политической жизни города.

В XI в. не прекращалась борьба между феодальными правителями— эмирами ал-Баба и раисами, которые фактически управляли городом. Эмиры не имелини престижа ширваншахов, ни сильного войска и были как бы наследственными правителями из рода Хашимидов средневекового города-государства. Раисы назначали и низвергали по своему желанию того или иного эмира. Часто раисы возглавляли мятежи против правителя города23. Вся эта сложная система бюрократического аппарата феодальной администрации городов Ширвана и Аррана была призвана выкачивать подати и налоги с феодально-зависимых крестьян и торгово-ремесленного населения в городах в пользу верховного феодала — правителя государства и представителей феодальной знати, владевших (на разных основаниях) земельной собственностью, а также домами, караван-сараями, торговыми рядами, кархане и другими видами движимого и недвижимого имущества. Памятники материальной культуры и материалы археологических раскопок, а также нарративные источники XI—XII вв. позволяют судитьоб уровне развития ремесленного производства в Ширване и Арране и ремесленниках различных отраслей производства24. Ряд косвенных данных дает возможность предположить, что ремесленники эти были объединены по различным профессиям в цехи, которые возглавляли старшины — раисы.Мы не располагаем сведениями о цехах, об их уставах и регламентации для периода XI—XII вв. Однако старшины этих цехов были ответственными лицами в каждом виде производства и, как видно, имели отношение к городскому управлению в качестве раисов, которые отчитывались перед раис ар-руаса’. Наряду с феодально-зависимым крестьянством не меньшей эксплуатации подвергались в городах ремесленники, которые составляли податное население — раийат.

В конце XI в. усиление эксплуатации податного населения Байлакана вызвало события, которые описаны очевидцем — Маcʽудом ибн Намдаром25. Хотя причиной восстания жителейБайлакана была попытка ʽамида и его помощников собрать в городе значительные суммы податей в короткий срок, однако можно полагать, что здесь мы имеем дело с попыткой городского населения освободиться от представителей феодальной администрации, на место которой стали бы представители ку-печеской прослойки города и раисов, а также ремесленного населения. Восставшие горожане стремились сохранить независимое положение Байлакана. Как видно из описанных событий, восставшие были представителями городских низов и ремесленников Байлакана26. Классовые выступления горожан в Ширване и Арране в XI—XII вв. в той или иной форме выливались в разные движения, направленные против феодальных правителей городов и феодальной администрации, как, например, вБайлакане в конце XI в.

Можно полагать, что события в Байлакане были связаны с зарождением городскогосамоуправления как общественного института в середине XI в. Этот процесс отмечается не только в городах Ширвана и Аррана, но также в Грузии, Армении и в других странах Закавказья, когда раисы стали играть важную роль в городской жизни27.

В середине XI в. городское самоуправление Тбилиси уже оформилось как определенный общественный институт, хотя город еще не достиг независимости. Городское самоуправление существовало, несмотря на то,что город оставался во власти своего владетеля, в данном случае эмира28. Такое же положение в это время наблюдается и в Дербенте. Появление элементов городского самоуправления в Ширване и Арране и борьба за независимость и автономию городов были связаны с развитием средневекового города как центра ремесла и торговли и борьбой горожан против феодального гнета и против завоевателей-сельджуков. Дальнейшее развитие городского самоуправления в Ширване и Арране было приостановлено в 30-х годах XIII в. нашествием монголов.

 


1 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара как источник по истории Аррана и Ширвана начала XII в. и памятник средневековой арабской литературы. Автореф. докт. дис. Баку, 1975, с. 40 (л. 123а, 125б) (далее — Сочинения Масʽуда ибн Намдара).
2 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда X—XI веков. М.,1963, с. 64, 97-98.
3 З. М. Буниятов, М. С. Нейматова. Новый документ по историиШирвана начала XII в.—«Доклады АН Азерб. ССР». Т. 29, № 11—12, 1973, с. 85—86.
4 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 16; Шихаб ад-Дин Мухаммад ан-Насави. Жизнеописание султана Джалал ад-Дина Манкбурны. Пер. с араб. 3. М. Буниятова. Баку, 1973, с. 164, 167, 173, 189, 199, 200 (далее —Ан-Насави).
5 А. А. Алескер-заде. Надписи ханегя на реке Пирсагат.— Архитектура Азербайджана эпохи Низами. М., 1947, с. 383.17
6 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда X—XI веков, с. 163—164.
7 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 13—14, 31 (л. 150б, 237аб); Н. Horst. Die Staatsverwaltung der Grosselguqen und Horasmsähs (1038—1231). Wiesbaden, 1964, c. 51.
8 В. M. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 34 (л. 8б); В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда X—XI веков, с. 77; Ан-Насави, с. 80; Н. Ногst. Die Staatsverwaltung..., с. 57.
9 Ан-Насави, с. 222.
10 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 21, 131 (л. 210а, 200аб, 210а); Н. Horst. Die Staatsverwaltung..., с. 39, 51.
11 Ан-Насави, с. 397; Н. Horst. Die Staatsverwaltung..., с. 38.
12 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 14—15, 34 (л. 126а, 105а—107б).
13 Ан-Насави, с. 350; Н. Horst. Die Staatsverwaltung..., с. 95—96.
14 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 30, 35—36 (л. 161а); Ан-Насави, с. 206.
15 С. Б. Ашурбейли. Очерк истории средневекового Баку. Баку, 1964, с. 102; А. А. Алескер-заде. Надписи мардакянской круглой башни.— Архитектура Азербайджана эпохи Низами, с. 380.
16 В. М. Бейлис. Сочинения Масгуда ибн Намдара..., с. 28, 32 (л. 237аб); А. К. S. Lambton. The International Structure of the Selguq Empire.— The Cambridge History of Iran. Vol. 5. Cambridge, 1968, c. 249.
17 В. В. Баpтольд. Туркестан в эпоху монгольского нашествия. Сочинения. Т. I. М., 1963, с. 294.
18 А. А. Алескер-заде. Надписи мечети Мухаммеда сына Абубекра. Архитектура Азербайджана эпохи Низами, с. 370.
19 В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда X—XI веков, с. 53, 70, 79.
20 Там же, с. 74.
21 Там же, с. 77, 79.
22 Там же, с. 72, 76, 73.
23 Там же, с. 166.
24 С. Б. Ашурбейли. Очерк истории средневекового Баку, с. 79—82.
25 В. М. Бейлис. Сочинения Масʽуда ибн Намдара..., с. 33—39 (л. 174а—1776, 241аб, 249а—250аб).
26 Там же.
27 Ш. А. Месхиа. Городская коммуна в средневековом Тбилиси. Тб., 1962, с. 151 — 171 (на груз. яз.).
28 Там же, с. 158.